До своего дня рождения Николай Караченцов не дожил всего одного дня.

Жил на разрыв аорты. За что зрители полюбили Николая Караченцова?

Николай Караченцов. © /

Он ушёл после долгой болезни. Он так отчаянно боролся за жизнь, что мы почти поверили: он сможет победить и снова выйдет на сцену, чтобы спеть: «Ты меня на рассвете разбудишь...»

Но рак оказался сильнее человеческой воли. Он добил, догрыз измученный организм.

©

©

©

©

©

©

©

©

©

©

©

«Колька держится»

А он... Он не сдавался до последнего. «Коля очень хорошо переносил все курсы химиотерапии: он очень сильный человек физически, – рассказывала не так давно «» супруга Николая Петровича актриса Людмила Поргина. – Просто молодец! Силочки, конечно, поубавилось немного. Но всё равно Колька держится. После «химии» мы каждый раз едем на дачу, и Коля гуляет. Я ему читаю классику, он интересуется всеми новостями. Кока немножко похудел после химиотерапии. Мы тут же включили ему в рацион новое протеиновое питание, чтобы он прибавил в весе».

Караченцов был удивительным человеком. Один из немногих, которого любили все. Зрители – за фильмы «Старший сын», «Человек с бульвара Капуцинов», «Собака на сене», «Петербургские тайны». Дети его обожали за роль Урри в «Приключениях Электроника». Многие годы детвора бегала за ним с криками: «Урри, Урри! Где у него кнопка?» Театралы ходили в «Ленком», которому актёр отдал многие годы, чтобы ещё и ещё раз посмотреть фантастические спектакли с его участием – «Тиль», «Чешское фото», «Sorry». И конечно же, легендарную «Юнону и Авось» – рок-оперу Алексея Рыбникова по поэме Андрея Вознесенского в постановке Марка Захарова. Граф Резанов был любимой ролью Караченцова. В одном из интервью «» он так и сказал: «Случай в мою жизнь вмешивался не раз. Первый и счастливый – «Юнона и Авось». Не каждому актёру так повезёт. Многие мечтали о подобной роли».

А дальше произошёл случай несчастливый…

Это случилось 13 лет назад, в 2005 г. «В тот день умерла моя мама, – со слезами на глазах рассказывала в интервью «» Людмила Поргина. – Я вызвала милицию, катафалк, чтобы её забрать. Ночь. Я хотела позвонить Коле только назавтра утром: он приедет, и мы вместе закажем ей гроб, белые цветы – всё, как она просила».

Но кто-то всё-таки позвонил Караченцову сразу же. Он со­рвался и поехал с дачи в город, чтобы поддержать свою Девоньку – так он называл супругу. Потом шептали, что в тот вечер актёр был нетрезв. Однако близкие возражали: пьяным он не был, если и выпил на мероприятии, на которое заехал в тот вечер, то лишь одну рюмку. Да и водитель он был замечательный.

Но с той дырой в асфальте, в которую попало колесо машины, не справился. На полной скорости машина влетела в столб. На следующий день, когда после морга Поргина поехала на это самое место, там дымилось чёрное пятно свежего асфальта – яму только заделали. Из-за неё погибло уже несколько человек. «Видно, Коле надо было так спасти других – ценой своего здоровья», – сказала тогда Людмила Андреевна «».

Он получил практически несовместимую с жизнью черепно-мозговую травму. Месяц комы. А когда вышел из неё, первое, что сделал, – выбил ногами спинку кровати в палате реанимации и заявил: «Я жив!»

«Старший сын», 1975 год.

«Собака на сене», 1977 год.

«Короли и капуста», 1978 год.

«Приключения Электроника», 1979 год.

«Шерлок Холмс и доктор Ватсон. Кровавая надпись», 1979 год.

«Благочестивая Марта», 1980 год.

«Трест, который лопнул», 1982 год.

«Белые росы», 1983 год.

© / «Юнона и Авось», 1983 год.

«Батальоны просят огня», 1985 год.

«Человек с бульвара Капуцинов», 1987 год.

«Криминальный квартет», 1989 год.

«Петербургские тайны», 1994 год.

«Цирк сгорел, и клоуны разбежались», 1998 год.

«Д. Д. Д. Досье детектива Дубровского», 1999 год.

«Тайны дворцовых переворотов», 2000 год.

«Шут Балакирев», 2002 год.

«Тартарен из Тараскона», 2003 год.

«Я жду тебя!»

Да, он выжил. Но возврат к полноценной жизни оказался полон страданий. Первая трепанация черепа, потом вторая – из-за образовавшейся гематомы. И снова вскрытие черепа – поставили пластину в голову, и ещё одна трепанация… В Институте мозга у Натальи Бехтеревой Караченцову надрезали сонную артерию, чтобы вливать через неё лекарства…

«Когда его увозили на очередную операцию, Коля просил меня: «Смотри мне в глаза, смотри мне в глаза!» – вспоминала позже супруга Николая Петровича. – Я в него переливала ту энергию, которая у него уходила. Говорила: «Я жду тебя. Я жду-у‑у тебя! Ты никуда не денешься! Ты понял?!»

Когда-то Николай Петрович в интервью нашему изданию признавался: «Для сна у меня запланировано только 4 часа в сутки. Я живу на бегу». Он действительно и жил, и играл, как говорят, на разрыв аорты. А уже после аварии, когда его жена беседовала с корреспондентом «», Караченцов написал нам записку: «Всё изменилось. Как это ни странно прозвучит, но трагедия взяла меня за шкирку, встряхнула, заставила задуматься. Я понял: КАЖДАЯ МИНУТА БЕСЦЕННА! Однажды мы с Людой гуляли по берегу реки. Я увидел закат и вдруг закричал: «Как же я раньше мог этого не видеть?! Какое счастье – Я ЖИВУ!!! У меня есть детки, внуки».

Девонька и Кока

Едва оправившись после череды операций, Караченцов принял решение: им нужно обвенчаться с супругой Людмилой Андреевной, матерью его сына Андрея. В храме стоял, шатаясь от слабости. Но был счастлив – теперь они с Девонькой и Там, на небе, будут вместе. Именно тогда Караченцов стал по-настоящему верующим – постоянно посещал храм, причащался. Через несколько лет после аварии корреспондент «» спросил легенду, где он черпал силы для борьбы. «Вот здесь, – показал он, прикладывая руку к сердцу. – Было несколько моментов, когда мне не хотелось больше жить и мучиться. Но священник сказал мне, что испытание даётся по силе…»

Поргина, по её признанию, в их союзе с Караченцовым всегда чувствовала себя слабой женщиной, у которой есть мощное плечо. Чуть что случалось – всегда звонила Коке и всегда слышала в ответ: «Девонька, я всё решу». Но, когда произошла эта трагедия, вдруг почувствовала в себе такую силу, о которой и не предполагала. «Для нашего сына Андрея Коля был всегда стеной, – признавалась Людмила Поргина «». – Поэтому, когда всё случилось, Андрюша просто рухнул. Не ожидал, что его отец – сильный, мужественный, мощный – может превратиться в беспомощного инвалида. Это был страшный момент в нашей жизни. Я сказала: все держимся друг за друга. Прижались друг к другу плечом и стоим до последнего, никого не можем потерять. И мы выстояли».

 

Публикация от (@margarita.mayskaya_off) 26 Окт 2018 в 12:42 PDT

 

Очень помогали друзья – и деньгами, и вниманием, звали на свои премьеры. Знали, что Караченцов не мог без творчест­ва, оно давало ему силы. А ещё он очень любил жить – любил путешествия, гостей, театры, прогулки. Любил хорошо, ярко одеться и жену просил носить яркую одежду, ярко краситься. Даже в онкологической больнице он каждый день просил Людмилу Андреевну почитать ему любимого Пушкина. А ещё каждый день признавался близким в любви.

Во время одного из интервью «» у них дома Караченцов написал записку: «Я не успевал раньше говорить Люде, что я её люблю. А сейчас считаю: всегда нужно признаваться близким в любви и молиться за них».

 

Публикация от (@people.theatre) 26 Окт 2018 в 5:24 PDT

«» выражает искренние соболезнования родным Николая Петровича Караченцова.

Источник

Поделитесь с друзьями:

Оставить комментарий

Please enter your comment!
Please enter your name here