На мировую арену русскую науку вывели организаторские способности женщины.

Дашкова — наш президент! Как женщина вывела русскую науку на мировую арену

Парадный портрет Екатерины Воронцовой-Дашковой. Фрагмент. 1790-е гг. © /

репродукция

Скандал вокруг набирает обороты.

Феминистки возмущены не только тем, что Донна Стрикленд всего лишь третья женщина-физик за всю историю Нобелевки. Теперь им кажется, что её заслуги недооценивают и в университете Ватерлоо — она там всего лишь доцент.

Между тем 235 лет назад, 11 октября 1783 г., в Петербурге была открыта Российская академия — центр по изучению русского языка и словесности. Президентом была назначена княгиня Екатерина Дашкова. А теперь внимание! К тому моменту Екатерина Романовна уже 8 месяцев являлась директором другого учебного заведения — Санкт-Петербургской академии наук, имея в подчинении физиков, химиков и математиков. Каждая из этих должностей официально была равна должности министра. Впервые в мировой истории женщина заняла сразу два поста высочайшего калибра. «Отсталая» Россия ещё в XVIII столетии задрала планку по части женского равенства на такую высоту, что куда там нынешним феминисткам.

Здание Российской академии на 1-й линии Васильевского острова. Гравюра. 1830-е гг.

Здание Российской академии на 1-й линии Васильевского острова. Гравюра. 1830-е гг.  

Комплимент Казановы

Впрочем, шуточки насчёт женщины на государственном посту сыпались всё равно. Известен исторический анекдот. Дескать, Дашкова с десятилетним сыном прошла в Эрмитаж через алтарь домовой церкви, попутно объясняя ребёнку святость этого места. Императрица устроила ей выволочку — женщинам в алтарь входить запрещено. На что получила лукавый ответ: «Дашкова вошла туда как назначенный вами президент Российской академии».

Это именно что анекдот — в 1783 г. сыну Дашковой Павлу исполнилось уже 20 лет, он был адъютантом Потёмкина и первым явился ко двору с известием о покорении Крыма. За первый в отечественной истории «Крым наш!» ему вне очереди присвоили звание полковника.

В реальности пребывание Дашковой в «сугубо мужской должности» вызвало бурю возмущения. Но только за границей. Степенные мужчины из Французской академии наук пришли в негодование и всерьёз опасались «расползания гинекократии», то есть власти женщин, из России по всей Европе. Честнее других, как ни странно, оказался самый знаменитый бабник Джакомо Казанова. После знакомства с «госпожой д’Ашкофф» он заявил: «Учёные мужи сгорают со стыда. Но русским хватило ума признать в ней Минерву». Минервой в римской мифологии называли богиню мудрости.

Однако ушлый и осведомлённый Казанова явно имел в виду кое-что другое: Минерва имела и более узкую специализацию, считаясь вдохновительницей полезных открытий и выгодных изобретений. И в этом плане Дашкова, будучи главой сразу двух академий, может дать фору любому другому директору или президенту этих почтенных заведений. Начала она как абсолютная, но правильная феминистка, поставив вопрос о равной оплате за равный труд. Её предшественник на посту директора академии наук Сергей Домашнев получал 3 тыс. руб. в год. А Екатерине Романовне предложили только 2 тыс. руб. Правда, императрица выдала своей старой подруге ещё и 25 тыс. руб. из личных денег. Но Дашкова добивалась официального признания своих прав. И со многими скандалами, потратив на это целый год, всё же добилась, пустив при этом чисто женскую шпильку в адрес коллег: «Вспомнив о тех, кто занимал эту должность, сознаюсь, что по своим способностям они стоят много ниже меня».

Оптимизация и рывок

То, что было потом, ставит её выше не только предшественников, но и многих преемников. «Я очутилась запряжённой в воз, совершенно развалившийся» — так Дашкова описала положение в академии. Дела там были под стать нашим лихим 90-м. И проблемы она решала очень похожими способами. Скажем, затеяла сдавать академические площади в аренду и продала с молотка ветхие академические мундиры. Так что склады в лабораториях и распродажа «научного имущества» имеют давнюю и славную традицию.

Дальше началась оптимизация зарплат и ставок, а также пенсионная реформа в одной отдельно взятой отрасли. Буря негодования одних сотрудников академии была скомпенсирована восторгами других. Например, Дашкова ликвидировала «ненужную» ставку преподавателя музыки с годовым окладом 800 руб., но взамен учредила две ставки — преподавателей английского и итальянского языков с окладами по 400 руб. Помощь семьям умерших академиков она ликвидировала тоже, введя взамен пенсии для престарелых служителей, чей годовой заработок не превышал 300 руб. И всё это при неусыпном личном участии, которое иной раз доходило до смешного. Так, отслеживая строительство нового здания академии на Васильевской линии, она «карабкалась по лесам, и её можно было принять скорее за переодетого женщиной мужчину...» Между прочим, княгине тогда было уже 50 лет — возраст для лазанья по лесам и сейчас не совсем подходящий, а уж тогда и подавно.

Когда недоброжелатели ставили ей на вид, что она не сделала ни одного научного открытия, а значит, не имеет права так уж самодержавно распоряжаться в академии, княгиня, будучи знатоком древности, вспоминала историю греческого полководца Ификрата. У него как-то спросили: «Чем ты хвалишься? Ты кто? Конник, лучник, латник или копейщик?» На что получили ответ: «Отнюдь. Но я умею всеми ими распоряжаться». Княгиня умела. Именно её организаторские способности вывели русскую науку на мировую арену.

Источник

Поделитесь с друзьями:

Оставить комментарий

Please enter your comment!
Please enter your name here